Задумайся чем ты рискуешь

Не надо иронической улыбки, мой юный читатель. Приглашаю тебя к серьезному и честному разговору с самим собой, со своими сверстниками.
Передо мной 1260 анонимных анкет школьников старших классов и учащихся ПТУ, примерно поровну юношей и девушек. Заполняли они анкету откровенно, и выяснилось, что спиртное пробовали три четверти из них.
А ты? Облегчишь или утяжелишь эту статистику?
Может быть, скажешь: ну, попробовал шампанского или сухого вина, что такого? Надо же праздники отмечать!
А теперь послушай меня и ребят, отвечавших на нашу анкету. Более половины из них сообщили, что первая проба спиртного вызвала у них отвращение, многие признались: после выпивки тошнило, кружилась голова, была слабость. Но нашлось 116 и таких, которые ответили: стало весело, легко, почувствовали себя смелыми, ловкими.
Так, значит, не всем было плохо!—скажешь ты. А вот меня, врача, как раз эти, легко перенесшие первую выпивку, особенно беспокоят: чем приятнее показалась первая проба, тем короче дорожка ко второй. Ученые установили четко: если выпивки начинаются в несовершеннолетнем возрасте, резко возрастает вероятность привыкания к спиртному и развития алкоголизма—тяжкой болезни, когда подросток буквально на глазах глупеет, грубеет, деградирует во всех отношениях. Вот чем может обернуться первая рюмка!
«Ну, это еще не скоро!»—думаешь ты. Нет, к несчастью, очень скоро. Но давай сначала разберемся, чем чревата хотя бы одна выпивка, что стоит за ее хмельным весельем.
Проведем расследование тайных следов алкоголя, которые этот «великий обманщик» хитро прячет от тех, кто заводит с ним даже мимолетную дружбу.
Итак, выпившему весело. У застенчивого и молчаливого вдруг появилась болтливость, у робкого—задор, а злой вдруг начинает навязывать всем свои липкие нежности. Чем вызваны такие превращения?
Ученые установили, что в наибольшей концентрации алкоголь накапливается в лимбической системе головного мозга, которую называют мозгом внутренних органов и эмоций, а также в мозжечке, ведающем координацией движений, и в коре головного мозга, особенно в ее зрительной зоне, то есть в самых уязвимых, самых тонких структурах человеческого организма. Накапливается—и начинает разбойничать!
Блокируя центры головного мозга, управляющие поведением, он как бы выключает все те понятия и навыки, которые даются воспитанием, сознательной работой ума, определяют честь и достоинство человека. И вместо них подло и ловко одаривает качествами, совсем несвойственными человеку в трезвом состоянии: фамильярностью, хвастливостью, развязностью, грубостью.
И это пока первая степень опьянения! Когда концентрация алкоголя в крови повышается, начинают возбуждаться низшие уровни центральной нервной системы — подкорковые. «Буйство подкорки»—это научный термин, точно отражающий хаос физиологических и психических функций, вызванный алкогольной интоксикацией. Все ее проявления — и рвота, и головокружение, и двигательное беспокойство, так и толкающее к драке,—особенно быстро наступают в подростковом и юношеском возрасте.
Почему? Потому, что на этом этапе развития организма масса крови относительно больше, чем у взрослых, а ткани богаче водой, в которой хорошо растворяется алкоголь. Глубокому повреждающему действию алкоголя способствуют и другие особенности молодого организма—большая скорость кровотока, большая масса мозга (относительно массы тела), больший просвет сосудов, несущих кровь к мозгу, наконец, повышенная ранимость нервной ткани.
Подростку достаточно рюмки вина, чтобы опьянеть, потерять контроль над собой. И вот он уже затевает скандал, оскорбляет незнакомого человека на улице, а то и становится участником преступления.
Но ведь не со всеми такое случается!—возразишь ты.—Многие выпьют, проспятся—и ничего.
Верно, не со всеми. Но не спорь с очевидностью— опьянение создает готовность к агрессивному поведению буквально у каждого! Все может случиться, если даже хорошим и умным человеком начинает управлять алкоголь.
Вывод? Я не стану тебе его навязывать, думай сам. А пока продолжим наше расследование, попробуем выяснить, что происходит в нервных клетках выпившего человека.
Современная наука нейрохимия свидетельствует, что алкоголь высвобождает в тканях мозга адреналин, который недаром зовется гормоном тревоги. Он способствует вспышкам агрессивности. По мере накопления в крови алкоголя увеличивается и концентрация другого гормона—серотонина, с которым связаны проявления грусти, подавленности. Вот откуда неприятная пьяная слезливость.
Не будем вдаваться в тонкости биохимических процессов, происходящих в клетках, отравленных алкоголем, осознаем главное: алкоголь искажает самые глубинные механизмы работы мозга—органа, который делает человека Человеком.
Известно, например, что он снижает активность медиаторов—химических передатчиков нервного импульса. Представляешь себе электрический прибор, в котором где-то ослабели или нарушены контакты? Нечто подобное происходит и в мозгу...
К тому же под действием алкоголя происходит слипание эритроцитов, и они начинают забивать тончайшие из сосудов—капилляры, нарушая тем самым кровоснабжение наиболее важных участков мозга. Но и это еще не все...
Благодаря своим химическим свойствам алкоголь легко проникает в жировые клетки, которыми особенно богата нервная ткань. Он буквально вымывает из них жир и по-хозяйски устраивается на его место. Таким образом молекулы алкоголя как бы прячутся, ускользают от действия биокатализаторов—веществ, способных ускорить их разложение,—в 4 тысячи раз медленнее окисляется алкоголь в мозгу, чем, например, в печени, которая несет основную «ассенизаторскую» функцию, освобождая организм от алкогольного яда.
Не только мозг, а и все другие ткани организма страдают от ядовитого действия алкоголя. Ведь он прекрасно растворяется в воде, содержащейся в клетках и межклеточных пространствах и особенно—в клетках крови и мозга.
Окисляясь, алкоголь отнимает у клетки кислород, превращая ее, цветущую и здоровую, в обезвоженную пустыню. Он как бы вытягивает воду из клетки в межклеточное пространство, и вода оказывается не там, где остро нужна для жизни. Вот откуда при опьянении и после него возникает жажда—организм терпит бедствие и борется о ним! Добавим, что биохимический разбой алкоголя приводит к нарушению солевого обмена, а это усугубляет страдания клетки.
Головной мозг необычайно чувствителен к кислородному голоданию, он его переносит хуже, чем любой другой орган. И именно у тканей мозга алкоголь безжалостнее всего отнимает кислород. Опять, выходит, покушение на самую суть жизни!
Пьяному душно, жарко. Пьяная компания распахивает окна, с песнями вываливается на улицу. Вроде бы весело... А цена этой «химической радости» такова: каждый прием веселящего зелья—погребальный марш тысячам нервных клеток.
Надеюсь, что теперь тебе ясно, как велика разница между субъективным восприятием опьянения и его истинной, объективной сутью? Но давай проследим путь алкоголя в ином ракурсе.
Всасывание начинается уже в полости рта, затем — в желудке. Если он заполнен пищей, особенно жирной, всасывание замедляется. Если вино выпито натощак, то уже через 4 секунды оно окажется в кишечнике, откуда в основном и поступает в кровь, а с током крови достигает мозга. Причем если концентрацию в крови принять за 100%, то в печени она составит 120, а в мозгу—150.
Когда же и каким образом все-таки исчезает алкоголь из организма? От 2 до 10% алкоголя выводится с мочой, потом, выдыхаемым воздухом (вспомни, как отвратительно для сидящих рядом дыхание пьяного!). Куда же деваются остальные 98—90% алкоголя?
Задача по химии решается просто: молекула алкоголя распадается сначала до уровня уксусного альдегида, затем—до уксусной кислоты и далее—до воды и углекислого газа.
Процесс распада в нашем организме происходит преимущественно в печени с помощью особых ферментов. Но поскольку алкоголь для человека вещество абсолютно инородное, так сказать, не предусмотренное его биологической природой, организм не способен реагировать на опьянение выработкой достаточного количества таких ферментов. При малых дозах этот процесс завершается быстрее, при больших—тяжко и медленно; алкоголь тлеет в организме, отравляя его не только собой, но и не менее ядовитыми продуктами своего распада. С помощью меченых атомов ученые обнаруживали алкоголь в клетках мозга через 20 дней (!) после принятия спиртного.
Бокал ли шампанского, кружка пива, рюмка ли водки —суть алкоголя едина. И запомни: безвредной дозы нет!
Конечно, тяжесть, степень ущерба организму зависят от количества выпитого: чем оно больше, чем чаще повторяется, тем глубже и тяжелее разрушительный след алкогольного яда Но для молодого организма и немного—уже много!
Строгая бдительность особенно нужна ребятам с так называемой алкогольной наследственностью—если злоупотреблял алкоголем кто-либо из родителей. Они должны знать: в таких случаях неодолимое влечение к алкоголю возникает сразу же после первой пробы. И особое слово девушке: на женский организм алкоголь действует быстрее, грубее, трагичнее.
Смерть от опоя... О таком ты, конечно слышал. И, наверно, думал, что нужно выпить очень много, чтобы умереть. Совсем нет, ибо дело не только в дозе, а и в особенностях организма. Для подростка смертельной дозой могут стать и 250 граммов водки.
Врачам хорошо известно, что именно у молодых людей быстрее всего развивается тяжелое сердечное заболевание—алкогольная кардиопатия, которая и не при очень сильном опьянении может закончиться скоропостижной смертью. Такова правда о закулисной обстановке веселого спектакля, который разыгрывает алкоголь.
Приглашая тебя к откровенности, хочу и сама быть с тобой откровенной. Чтобы рядом с правдой науки встала правда жизни.
Первую рюмку я выпила в студенческие годы. «Шато-икем»! Очарование винного имени привлекало, но то, что за ним оказалось в действительности, память брезгливо отбрасывает прочь.
В моей среде не было культа застолья, мы умели веселиться без вина. Попала в другую среду, которая безжалостно и грубо пыталась обратить меня в иную веру. Да, два раза я была пьяна, только два раза, но эти давние эпизоды десятки лет травят стыдом...
Трудно переживала я положение «белой вороны» среди подымавших бокалы. Что мне помогало устоять? Ощущение утраты чего-то очень дорогого и ценного в моем «я», появлявшееся даже после нескольких глотков легкого вина. Я чувствовала, как глупеет выражение моего лица, беднеет мысль, спотыкается слово. Я вглядывалась в других—и видела то же. Мне становилось неинтересно с ними.
И другое: познавая физиологическую суть опьянения, я начала испытывать буквально физическое отвращение к рюмке. И это был даже не страх за здоровье, а именно неодолимая брезгливость...
Материнским сердцем, врачебной заботой, партийным словом зову вас, дорогие ребята, в абсолютную, безоговорочную трезвость!
Спорьте, коли не верите. Спрашивайте, если не знаете. Только—не протягивайте бездумно руку к налитой рюмке. Этот сиюминутный соблазн может стать причиной большой беды.